Russian English

В России есть гендерное неравенство? Или так «природа заложила»?

Зоя Хоткина. Фото: 8womenfest.ru

Экономическое неравенство между мужчинами и женщинами существует. Это не вопрос точки зрения, это установленный факт. О гендерной разнице в зарплатах «в экономически развитых странах» упоминал Владимир Путин в своем выступлении на недавно завершившемся Евразийском женском форуме. Однако президент ничего не сказал о дискриминационных практиках, которые сегодня существуют в нашей стране. О том, с чем сталкиваются российские женщины и мужчины на рынке труда, как это отражается на их жизни, мы поговорили с ведущим научным сотрудником Лаборатории гендерных проблем Института социально-экономических проблем народонаселения РАН, экспертом ООН по гендерным вопросам, кандидатом экономических наук Зоей Хоткиной.

Это интервью подготовлено при поддержке Moscow FemFest — крупнейшего русскоязычного фестиваля о гендерной грамотности, свободе выбора и достоинстве людей. В этом году Moscow FemFest пройдет онлайн 13–14 ноября. Второй день фестиваля будет посвящен экономическому неравенству — разрыву в зарплатах, неоплачиваемому домашнему труду и карьере женщин в «мужских» индустриях. Посмотреть программу и зарегистрироваться можно тут.

— Гендерно-обусловленное экономическое неравенство существует? Какие показатели важны, чтобы оценить его уровень?

— Это признанный факт. Различие в заработной плате мужчин и женщин — это самый яркий показатель гендерного неравенства и постоянно отслеживаемый как на государственном уровне, так и международными организациями.

Когда в прошлом году российское правительство отчитывалось перед Организацией Объединенных Наций по поводу выполнения целей устойчивого развития, там упоминалось различие по зарплатам как один из видов неравенства. То есть это признается даже на уровне правительственных документов.

Существуют индексы гендерного неравенства. Свои расчеты проводит Организация Объединенных Наций и Всемирный экономический форум. И тот факт, что ВЭФ заинтересовался гендерными проблемами, говорит о том, что эти проблемы касаются не только женщин, что равенство — это экономическая необходимость.

По версии Росстата, актуальная разница в зарплатах — 28,9%, но Давос (имеется в виду Всемирный экономический форум в Давосе. — З. Б.) сосчитал 29,2%.

— Между пенсиями мужчин и женщин тоже есть разрыв?

— Да, конечно, как следствие разницы в оплате их труда. Если женщинам недоплачивали на работе, то и пенсия у них будет ниже. Это еще один важный фактор экономического гендерного неравенства.

О гендерном разрыве пенсий говорят и пишут реже, поскольку эта разница меньше, чем по зарплате, — около 10%. Это связано с тем, что значительная доля пенсионеров с 2009 года получает социальные надбавки, которые дотягивают пенсию до прожиточного минимума пенсионера и этим уравнивают пенсии женщин и мужчин. Однако пенсионный разрыв вносит значительный вклад в экономическое гендерное неравенство, поскольку, по данным Пенсионного фонда, в России женщин пожилого возраста в два раза больше, чем мужчин: 28,6 млн человек против 14,3 млн.

То есть типичный российский пенсионер — это пенсионерка, получающая более низкую пенсию, чем мужчина в том же статусе.

Кроме того, в последние годы наблюдается тревожная негативная тенденция роста пенсионного разрыва: только с 2016 по 2018 год он увеличился вдвое — с 5,5 до 11%.

— А разрыв в доходах сопоставим с разрывом в зарплатах и пенсиях?

— Разница в доходах — 45%. Доход — это более общий показатель. Это и доступ к капиталу, и другим ресурсам и источникам, помимо заработной платы, которую получают наемные работники (например, поступления от сдачи в наем недвижимости, доход от предпринимательской деятельности и дивиденды по акциям и облигациям, доход по депозитам и т.д.З. Б.). Это началось еще в девяностые годы, когда шла приватизация в России, и 90% собственности попали в руки мужчин.

— Такая разница в доходах возникает в результате того, что в стране много миллиардеров и почти все они мужчины, или из-за того, что у женщин в принципе меньше доступа к способам получения дохода не через зарплату?

— У женщин действительно меньше доступа. В том числе потому, что женщины в меньшей степени допущены к власти и крупному бизнесу. Среди руководителей крупнейших компаний в России женщин всего 6,5%. В новом парламенте женщины занимают 16%. И естественно, им достаются крошки этого пирога. А делят его мужчины.

— Был ли такой разрыв в зарплатах во времена СССР?

— Разница в зарплатах была всегда. В советское время, когда основная часть населения работала на заводах и фабриках, разница в зарплатах мужчин и женщин образовывалась за счет работ тяжелых и вредных. Плюс сегрегация и стеклянный потолок.

В представлении людей есть «мужские» работы и профессии, и есть «женские» работы и профессии. Даже целые отрасли. Добывающие отрасли — мужские, а легкая промышленность или образование — женские. Мужчины работали часто в тяжелых и вредных условиях, а женщины работали в легкой промышленности (швеи или ткачихи). И хотя труд ткачихи не был легким — это очень напряженный труд, но он оценивался намного ниже.

Переходим к сегодняшнему дню: в основном люди работают теперь не в промышленности, а в отраслях, связанных с цифровой экономикой, с экономикой знаний, с обслуживанием. Но сейчас между зарплатами мужчин и женщин самый большой разрыв! И наибольшая разница — в 31,8% — в тех отраслях, где нет тяжелого труда, где женщины прекрасно могут работать, но работают все-таки в основном мужчины, — это IT и связь.

А минимальная разница между зарплатами мужчин и женщин, согласно данным Росстата за 2019 год, в сфере образования — всего 4,8%, в сфере здравоохранения и социальных услуг — 11,7%.

— Как формируется такая разница в зарплатах?

— Среди руководителей преобладают мужчины. Хотя женщины в России более образованы. И среди специалистов высшего уровня они преобладают (их 70%), в начальники и руководители женщины не проходят — на этих должностях 60% мужчин. Эта грань между высокой квалификацией и доступом к статусу руководителя — это и есть стеклянный потолок. Достичь высокого уровня квалификации женщинам удается, а пройти на руководящую должность, то есть на вершину этой пирамиды власти, влияния, а соответственно и денег, — нет.

Огромную роль в формировании неравенства играют стереотипы. Мы говорим «мужская работа», «женская работа». Но рабочее место не имеет пола. А разделение начинается с того, к чему родители готовят своих детей. Исследования показывают, что современные российские родители в три раза чаще отдают мальчиков на дополнительные занятия, связанные с IT и программированием, чем девочек. В результате мальчики и попадают в эту отрасль. И получают большую зарплату.

Эти стереотипы о том, что подходит для мальчиков и девочек, что подходит для мужчин и женщин, играют основную роль в том, что наш мир по-разному относится к мужчинам и женщинам. И профессии разделены, и отрасли разделены. К сожалению, если мы будем действовать в соответствии с этими стереотипами, так будет и дальше.

Кроме того, существует еще прямая дискриминация, когда мужчинам и женщинам в одной и той же отрасли, с одним уровнем квалификации и на одинаковой должности платят по-разному. Приведу простой пример, по официальным данным Росстата:

женщины-продавцы в 2020 году в среднем за один час работы получали 177 рублей, а мужчины — 229 рублей (разница 22,7%).

Спрашивается — почему, за что? Есть и более шокирующие примеры, когда мужчины за один час одинаковой работы зарабатывают в четыре раза больше женщин! Это средний специальный персонал в области правовой, социальной работы, культуры и спорта: почасовая зарплата женщин — 180 рублей, а мужчин — 764 рубля.

— Последние годы разрыв в зарплатах в России растет. Почему?

— Если смотреть на индекс глобального гендерного разрыва (ВЭФ), то Россия последние пять лет сильно теряет очки в этом рейтинге. Мы в 2016 году были на 75-м месте, а сейчас уже на 81-м. Потому что идет цифровая революция, наиболее высокооплачиваемые рабочие места связаны с цифровыми технологиями, но из всех занятых в IT женщины составляют около 30%. И еще потому, что в России есть демографическая и семейная политика, а гендерной политики, направленной на сокращение гендерного неравенства, в нашей стране нет. Россия — единственная страна в Европе и на постсоветском пространстве, где нет закона о гендерном равенстве. В «Стратегии РФ в интересах женщин» даже само слово «гендер» ни разу не упоминается.

— Насколько влияет неоплачиваемый домашний труд на ситуацию с экономическим неравенством?

— Занятость домашним трудом ограничивает возможности женщин в их карьерных устремлениях вне дома в экономической сфере. Репродуктивные различия между мужчинами и женщинами — это природа заложила, а вот то, кто будет мыть посуду, природа не решала. Она не дала женщинам дополнительные руки, чтобы готовить еду, стирать и т.д. Но у нас считается, что домашний труд — это женский труд. Так исторически сложилось. Когда-то женщины не были допущены в сферу труда вне дома, они были, как у нас любят говорить, «хранительницами очага», а мужчины на мамонтов охотились.

Сегодня мамонтов нет, женщины вышли из дома и работают в экономике, но труд, связанный с «домашним очагом», так и остался за женщинами. 

И то, что женщина занята домашним трудом, отбирает у нее много сил, времени и влияет на ее восприятие как работника.

Во время пандемии это еще и усугубилось, потому что появилась «удаленка» для детей, и нужно помогать детям в учебе. И еще у нас 75% больных коронавирусом лечатся дома. Поскольку принято считать, что уход за членами семьи — это «женская» работа, то это тоже все свалилось на женские плечи.

Поэтому объем неоплачиваемого домашнего труда очень разросся. При этом он никогда не кончается: приготовил еду — съели, помыл посуду — она опять грязная. То есть домашняя работа бесконечна, она уносит время и силы. В результате получается, что у семейной женщины меньше времени и возможностей делать карьеру, чем у ее партнера/мужа.

Есть такой статистический механизм — бюджеты времени, когда рассчитывают: сколько люди работают, спят, какие услуги и кто кому внутри домашнего хозяйства оказывает. Росстат проводит такие исследования: время, которое тратят на домашний труд и уход за детьми мужчины, не сопоставимо с временем, которое на это затрачивает женщина — разница в 3,5–4 раза.

— Как правильно учитывать этот неоплачиваемый труд в благосостоянии семьи? Потому что очень часто о нем вообще забывают и говорят просто, что мужчина зарабатывает столько, а супруга его зарабатывает столько — и, как правило, гораздо меньше, в силу того что она просто не может такое количество времени посвящать работе и в силу разрыва в зарплатах.

— Еду приготовить можно дома, а можно пойти и за эту еду заплатить в ресторане; можно постирать дома, а можно отдать в прачечную и т.д. Если учесть все, что делает женщина внутри семьи, хотя бы по минимальным ставкам оплаты труда, то окажется, что 20 трлн руб. «невидимого» для рыночной экономики продукта создается в семье, то есть около 25% ВВП нашей страны производится сегодня в домашнем хозяйстве.

Давайте на примере. Муж получает, предположим, 100 000 рублей, а жена — 70 000 рублей (то есть на 30% меньше — в соответствии со средним разрывом в зарплатах. — З. Б.). Но еще 25% нужно накинуть на то, что она делает для семьи неоплачиваемым трудом. И тогда получается, что разница во вкладе в семейный бюджет всего 5 тыс. рублей будет.

У нас очень любят рассуждать о том, что мужчина должен быть кормильцем. Но кто фактически оказывается кормильцем? Кто обеспечивает семью?

В стране примерно 18 млн семей с детьми до 18 лет. Каждая четвертая семья с детьми в России — неполная. Около 4,5 млн семей — это женские или материнские семьи. И когда мы рассуждаем о том, что мужчина должен быть кормильцем, мы ведь подставляем все эти семьи, всех этих женщин и детей, потому что считаем, что женщинам можно платить меньше, так как «кормильцы» — мужчины.

В итоге дети из этих семей получают всё по минимуму, у них меньше шансов получить хорошее образование, профессию. И больше — попасть в «ловушку бедности», когда из нищеты просто нет выхода.

— Получается, гендерное неравенство напрямую связано с бедностью.

— Если зарплаты, пенсии и доходы женщин ниже, чем у мужчин, то и риск их попадания в группу бедного населения выше, чем у мужчин. Поэтому именно женщины чаще попадают в социальную группу так называемых «работающих бедных».

— Сокращение неравенства может помочь в борьбе с бедностью?

— Да, конечно, но при условии, что социальная политика российского государства будет направлена не на создание видимости отсутствия бедности, а на предупреждение проблемы. Бедность в России имеет трудовой характер (низкий уровень оплаты труда), поэтому победить ее «собесовскими» методами раздачи пособий и доплат нельзя. Необходимо повышение заработной платы всех работающих, а также соблюдение гендерного принципа равной оплаты за труд равной ценности. Такая политика могла бы ликвидировать бедность работающих и их семей, а также способствовать гендерному равенству. Однако, поскольку само понятие «гендер» в очередной раз попало в опалу, ожидать в ближайшее время серьезных изменений в российской социальной политике, к сожалению, не приходится.

Беседовала Зинаида Бурская

Источник: Новая газета, 9.11.2021

МХГ в социальных сетях

  •  

      Фонд 'Общественный Вердикт' Комитет против пыток

 

        

 

2014-2021, 16+.